120 лет Г.С. Салливану

Введение

В холодный зимний день 21 февраля 1892 года в небольшом городке Норвич (штат Нью-Йорк) родился выдающийся американский психиатр, психотерапевт, психоаналитик, социальный психолог и философ Гарри Стек Салливан.

Гарри Стек Салливан – один из талантливейших клиницистов в истории психоанализа, а также один из самостоятельнейших мыслителей-психоаналитиков. Несмотря на заслуги Г.С. Салливана перед психоаналитической теорией и практикой, его имя остается малознакомым для европейских и русскоязычных психоаналитиков.

Именно несоответствующая значению Г.С. Салливана осведомленность о его теоретических идеях и практических подходах побуждают к восстановлению исторической справедливости и раскрытию ценности творческого наследия клинициста и мыслителя.

Прежде всего, остановимся на вопросе о теоретической принадлежности Г.С. Салливана к неофрейдизму. Во-вторых, отметим ключевые особенности подхода, разработанного Г.С. Салливаном и получившего название интерперсональный психоанализ. В-третьих, скажем немного об экзистенциальных факторах создания интерперсонального психоанализа – биографии самого Г.С. Салливана.

Г.С. Салливан и неофрейдизм

Наряду с Эрихом Фроммом и Карен Хорни Гарри Стека Салливана традиционно относят к психоаналитическому течению, получившему название «неофрейдизм» или «постфрейдизм». Многие исследователи считают такое широкое определение неоправданным. Если подлинно общим для так называемых «неофрейдистов» было аргументированное оспаривание биологического детерминизма и механицизма теорий З. Фрейда, то свои альтернативные подходы Г.С. Салливан, Э. Фромм и К. Хорни развивали и обосновывали принципиально по-разному.

Э. Фромм, получивший превосходное гуманитарное образование, апеллировал, с одной стороны, к социальным, экономическим и политическим факторам психического развития. С другой стороны, он настаивал на несамодостаточности психологических теорий в отсутствие надежных этических оснований. Этот подход получил название гуманистического психоанализа.

Особенностями подхода, развиваемого К. Хорни, были убедительные возражения биологическому детерминизму теорий З. Фрейда и выразительные описания социокультурных детерминант невротизации личности.

Основная интенция творчества и Э. Фромма, и К. Хорни заключалась в культуралистской переинтерпретации психоанализа, выражавшего чрезмерно натуралистическое мировоззрение З. Фрейда, в свою очередь, сформированное под определяющим влиянием выдающихся натуралистов XIX века. Тем не менее, не смотря на огромный гуманистический потенциал, подход Э. Фромма страдал абстрактностью и отсутствием четких клинических выводов, а выразительным описаниям К. Хорни не доставало систематической разработки и теоретической глубины.

Заметно иными были исходные позиции Г.С. Салливана, который уже в 1920 х годах достиг впечатляющих клинических результатов в новаторской работе с «трудными» для понимания пациентами-шизофрениками, а в 1930 е годы с не меньшим успехом работал с еще одной «трудной» категорией пациентов, страдавших неврозом навязчивых состояний. Из своей клинической работы Г.С. Салливан смог не только вывести клинические следствия, но и обратиться к теоретической разработке затронутой в ней проблематики. Прежде всего, это была проблематика коммуникации, ускользавшая от пристального внимания исследователей, мысливших в рамках персоноцентричного подхода (рассматривающего личность как замкнутую систему с выраженными и устойчивыми характеристиками). Клинические успехи, которых достиг Г.С. Салливан с трудными и некурабельными категориями пациентов, были связаны с переосмыслением значения коммуникации и роли психотерапевта в установлении и исследовании коммуникативных процессов.

Поэтому, хотя Г.С. Салливана, Э. Фромма и К. Хорни объединяли целый ряд общих интересов, совместная институциональная и преподавательская деятельность, а также личная симпатия, только идеи Г.С. Салливана обладали принципиально новаторским характером применительно к практическому осуществлению психотерапевтической помощи.

Особенности интерперсонального психоанализа

Клинические успехи Г.С. Салливана и его новаторское понимание оснований психического развития и психотерапевтической помощи проистекали из обращения первостепенного внимания на:

1) значение интерперсонального (или межличностного) взаимодействия в психическом развитии и патогенезе;

2) необходимость психологической (а не биологической, механической или иной дистанцированной от опыта) трактовки тревоги и переживаний;

3) роль психотерапевта как включенного наблюдателя и специалиста по коммуникации;

4) центральное значение языка и коммуникации в вопросах межчеловеческого понимания и взаимодействия.

Смещение интереса к данной проблематике как раз и определяет современные версии психотерапии и психоанализа по отношению к их классическим предшественникам.

Интерес к коммуникации и ситуации интерперсонального взаимодействия, подкрепленные современными представлениями из лингвистики и культурной антропологии, а также понимание необходимости переориентации психиатрии на принципы социальных наук, позволили Г.С. Салливану разработать интерперсональную теорию психиатрии и психоанализа.

Центральным звеном интерперсональной теории является признание условности и гипотетического характера такого образования как личность – единицей анализа становится не личность, а межличностная ситуация. Этот качественный сдвиг означает, что от умозрительных рассуждений об устойчивых качествах и «устройстве» личности исследователь и психотерапевт должен непременно возвращаться к анализу опыта связанности человека с другими людьми, особенно опыта связанности, протекающего в психотерапевтической ситуации. Говоря совсем простым языком, внимание психотерапевта в интерперсональном подходе должно быть сосредоточено не на объяснении страданий и переживаний пациента некими гипотетическими внутрипсихическими патологическими факторами (чрезмерная агрессивность, фиксация на ранней стадии психосексуального развития, предпочтение примитивных защитных механизмов, отсутствие наблюдающего Эго и так далее), а на прояснении связи этих переживаний с имеющимся у человека опытом взаимодействия с другими людьми, а также на том, созданы ли в текущей психотерапевтической ситуации условия для нового, более гуманного и исцеляющего жизненного опыта. Для клинической методологии, развиваемой в интерперсональном подходе, как и для современного психоанализа в целом, характерен первостепенный интерес к настоящему, к уникальной ситуации «здесь и сейчас», анализ которой обеспечивает более надежными основаниями, чем гипотетические и спекулятивные реконструкции далекого младенчества пациента («там и тогда») и наукообразные объяснения объективно действующих механизмов его психического аппарата («всегда и везде»).

Не углубляясь в детали клинических теорий, разработанных Г.С. Салливаном, чему будут посвящены другие развернутые статьи, скажем немного и об экзистенциальных факторах его теоретизирования, то есть о нем самом.

Биография Гарри Стэка Салливана

В психотерапии, как ни в какой другой отрасли знания, просматривается первостепеннейшая связь между той или иной теорией и особенностями жизненного опыта ее автора. Есть даже несколько грубоватая, но весьма проницательная психоаналитическая поговорка: «Теория – это диагноз ее автора». Действительно, связь психотерапевтических и психоаналитических теорий с экзистенциальными факторами (жизненной историей) их создателей огромна. Но научная биография Г.С. Салливана – как раз тот случай, когда, несмотря на чрезвычайно драматические обстоятельства начала жизни, ему удалось создать теории, в которых кроме собственного «диагноза» важнейшее место заняли основания «психотерапевтического успеха».

Оставим пока вопросы теории для будущих статей и обратимся непосредственно к жизненному пути Г.С. Салливана.

Детство Гарри Салливана в маленьком городке Норвиче, а затем на ферме неподалеку, было очень одиноким, у него практически не было друзей, а все его братья и сестры умерли еще в младенческом возрасте. С детства Гарри был свидетелем напряженных родительских отношений, в которых практически не оставалось места для близости, в том числе и с ним. Бездонный трагизм одиночества и неопровержимое значение коммуникации были восприняты им непосредственно из жизненного опыта. Позже коллеги будут отмечать его удивительные способности находить контакт и достигать понимания самых замкнутых и труднодоступных пациентов.

В школе Г.С. Салливан учился блестяще и заслужил стипендию штата для дальнейшего образования, которое он продолжил вначале в Корнельском университете, а затем в Чикагском колледже – ведущем медицинском учебном заведении США. В это же время он прошел первый курс психоанализа. После окончания колледжа Г.С. Салливан несколько лет служил в армии США, с которой потом продолжал сотрудничество до конца своей жизни, занимаясь уже в 1940-е гг. вопросами отбора и улучшения взаимоотношений военнослужащих.

С 1922 года Г.С. Салливан работал в вашингтонской больнице Сент-Элизабет, где занимался лечением пациентов с серьезными психическими расстройствами под руководством светила американской нейропсихиатрии – Уильяма Алансона Уайта, относившегося к психоанализу с большим интересом. Свои оригинальные разработки в области модификации психоаналитической терапии для пациентов с шизофреническими расстройствами Г.С. Салливан продолжил на должности психиатра в больнице Шеппарда и Пратта (Таусон, штат Мэриленд), достигнув при этом впечатляющих клинических результатов. В основе этих результатов лежала серьезная реорганизация всего терапевтического процесса и самого клинического учреждения. Весь медицинский персонал проходил отбор и специальную подготовку, а затем постоянные супервизии под руководством Г.С. Салливана, для того, чтобы в терапевтическом процессе были созданы атмосфера доброжелательности и условия для повышения у пациентов чувства самоуважения. Сделав акцент на чисто психологических аспектах терапии, Г.С. Салливан достиг впечатляющих клинических результатов. По его данным заметное улучшение в состоянии было достигнуто более чем у 60 % пациентов, страдавших шизофренией. В это же время Г.С. Салливан кроме непосредственной клинической работы, активно занимается преподавательской деятельностью и клиническими исследованиями в Мэрилендском университете, а также становится активным членом Американской психоаналитической ассоциации.

К концу 1920-х годов Г.С. Салливан начинает формулировать основные положения интерперсонального подхода. Будучи признанным психиатром, он в 1931 году открывает собственный кабинет в Нью-Йорке, где успешно занимается лечением еще одной трудной для терапии категории пациентов, страдающих неврозом навязчивых состояний.

В 1932 году Г.С. Салливан вместе с единомышленниками основывает Вашингтон-Балтиморское психоаналитическое общество, а в 1936 году Вашингтонскую школу психиатрии, где огромное значение придавалось изучению гуманитарных наук. Собственно, пристальный интерес к социо-гуманитарному знанию, дружеские отношения со многими его американскими представителями и понимание необходимости сближения психиатрии и гуманитарных наук – те принципиальные моменты, которые позволили создать радикально переосмысленную версию психоанализа с учетом происходящего революционного прорыва в методологии гуманитарного познания.

В 1930-е годы Г.С. Салливан проходит повторный психоанализ у Клары Томпсон, которая перед этим по его настоянию прошла собственный анализ в Европе у одного из крупнейших учеников З. Фрейда – Шандора Ференци.

В 1938 году Г.С. Салливан становится соиздателем и главным редактором журнала «Психиатрия», в котором публиковались статьи по уже оформившемуся к тому времени интерперсональному психоанализу.

В 1940-е годы Г.С. Салливан читает различные курсы лекций по интерперсональному психоанализу в Вашингтонской школе психиатрии, а также участвует совместно с Э. Фроммом и Кларой Томпсон в создании в Нью-Йорке Института психиатрии, психоанализа и психологии имени У.А. Уайта. Этот учебное заведение остается флагманом интерперсонального психоанализа до сегодняшнего дня.

В 1940-е годы Г.С. Салливан активно участвовал в работе крупнейших международных организаций, занимался различными проектами, связанными с психическим здоровьем и напряженностью в международных отношениях.

Прижизненно Г.С. Салливан опубликовал только одну книгу «Концепции современной психиатрии» в 1940 году, после его смерти на основании записей прочитанных им лекций вышли книги «Клинические исследования в психиатрии», «Психиатрическое интервью», «Межличностная теория психиатрии» (единственная книга, переведенная на русский язык), «Шизофрения как человеческий процесс», «Слияние психиатрии и социальной науки» и «Личная психопатология». Эти издания осуществились благодаря усилиям его учеников, коллег и бывших студентов, организовавших благотворительный фонд и комитет по публикации наследия Г.С. Салливана.

Гарри Стек Салливан умер холодным зимним днем 14 января 1949 года в Париже, куда он приехал на конференцию ЮНЕСКО, возвращаясь с собрания исполнительного комитета Всемирной федерации психического здоровья, которая проходила в Амстердаме…

Заключение

Завершая эту краткую зарисовку, посвященную сто двадцатилетию Г.С. Салливана, хочется отметить, что многие существенные вопросы развитого им интерперсонального подхода (такие как теория тревоги, теория переживаний, теория психического развития, принципы интервьюирования и многое другое) нами рассмотрены не были. Это станет предметом будущих развернутых статей.

Здесь же хотелось бы подчеркнуть, что основной нашей целью было привлечение внимания русскоязычного читателя к фигуре Г.С. Салливана и идеям интерперсонального психоанализа. Чем же, коротко говоря, они замечательны?

Для ответа на этот обобщающий вопрос, окинем самым беглым взглядом научную ситуацию, предшествовавшую и сопутствующую веку психоанализа.

Если классический психоанализ и З. Фрейд как личность формировались под определяющим воздействием натурализма и сциентизма XIX века, а в дальнейшем догматическое апеллирование к авторитету З. Фрейда надолго законсервировало эти метафизические предпосылки, то в интерперсональном психоанализе происходит соответствующая XX веку модернизация и уход от методологии XIX века.

Для классического психоанализа и большинства психоаналитиков принципиально новый уровень, достигнутый методологией гуманитарного познания в ХХ веке, так и остался белым пятном. Именно в связи с этим удивительны легкость и успешность, с которыми Г.С. Салливан освободился от ряда фрейдовских убеждений и, что более важно, осуществил принципиальную модернизацию психоанализа в духе, который весьма кратко можно охарактеризовать как дух современных представлений о человеке и культуре.

Александр Романов, психолог, психотерапевт

31 марта 2017

На сайт выложена статья "Боль от психологической помощи".

21 марта 2017

Переработана и расширена статья "Будущим психологам и психотерапевтам".

26 февраля 2017

Обновлена главная страница сайта http://psychoanalyse.od.ua, в ней появились мысли о вреде психологической помощи.

Одесса.
Романов Александр,
Моб. 067 5589983
Написать письмо.