Клептомания и шопоголизм: взгляд психотерапевта

Недавно от лица независимой прессы ко мне обратились за комментарием психолога-психотерапевта по поводу клептомании и шопоголизма. Модные иностранные слова «клептомания» и «шопоголизм» действительно вызывают интерес и любопытство публики, для многих это любопытство не такое уж и отвлеченное. Что же обозначают понятия «клептомания» и «шопоголизм» - личностное расстройство, синдром, вид зависимости, особенность характера или что-нибудь еще?

Как психотерапевт я стараюсь не пленяться магической силой звучных слов, то есть не навешивать «ярлыки», даже если это очень удобные и внушительные ярлыки. Для психотерапевта намного важнее понять, какими мотивами, чувствами и переживаниями пронизаны действия конкретного человека. Внимательно беседуя и вслушиваясь в драму отдельного «клептомана», «шопоголика» или «шизофреника», понимаешь, что каждый из них непереводимо индивидуален, несводим к одному диагностическому словечку.

Психотерапевт действительно работает в перспективе уникальности и индивидуальности каждого клиента. От того, насколько психотерапевту удается простроить мостик понимания к клиенту, в конечном итоге зависят и терапевтические изменения. В этом смысле такие ярлыки как «клептоман» или «шопоголик» будут только препятствовать пониманию и терапевтическим изменениям. Идеи типа «ага, она - клептоманка, это зависимость, все ясно» или «он - шизофреник и поэтому пытается свести с ума и меня» вряд ли помогут. Смысл психопатологических (и шире - психологических) явлений глубоко контекстуален. И контекст, мотивы нужно исследовать, понять и трансформировать. Само глубокое понимание и артикуляция этого понимания с помощью слов ведут к трансформации.

А контекст и мотивы могут быть очень разными.

Кто-то «клептоманит», потому что работа, зарплата и сама профессиональная система ценностей предполагают это изначально.  Ребенок может совершать мелкие кражи, пытаясь восполнить этим недостаток родительского внимания, в частности понимая, что, попросив какую-то вещь, он услышит лишь умное объяснение, что ребенку эта вещь не нужна. Молодой человек может что-то вынести из кафе или магазина просто, чтобы подчеркнуть свою лихость перед друзьями и другими субдоминантами. Девушка может воровать вещи, оказывающиеся символическими атрибутами ее недостаточно ощущаемой женственности.

То есть за кражей стоит удовлетворение некоторой потребности, которая или не смогла быть удовлетворена другим способом или этот способ является одним из ряда аналогичных. Недостаток чего-то внутреннего - удовлетворенности, цельности, ощущения собственной самоценности - подкрепляется чем-то материальным. И в шопоголизме - тоже самое, только на социально приемлемой основе, путем оплаты конвенциональной стоимости товара.

Продолжая идею укрепления чувства самоценности чем-то материальным: фактически проблема в том, что такое укрепление не может быть основой стабильного и целостного позитивного самоощущения. То есть хватательные действия в материальной плоскости не восполняют психологический дефицит и не ведут к устойчивому и полноценному развитию личности.

Развивать устойчивое целостное переживание себя - задача психотерапии, если уж в ходе естественного развития у человека для этого не было достаточных условий. Внутренний дефицит, хрупкость самооценки, ненадежность позитивного самоощущения - вот проблема, которая стоит за широчайшим полем психопатологических феноменов, не только за шопоголизмом и клептоманией.

Воспроизведу популярный вопрос: «Как лечатся клептомания и шопоголизм?», и постараюсь на него ответить. Все же лечатся не клептомания и шопоголизм, а отдельные конкретные люди, страдающие и желающие что-то изменить в своей жизни, в частности обратившись за профессиональной помощью к специалисту психологу-психотерапевту.

С обращающимися людьми психотерапия проходит в виде беседы в спокойной обстановке психотерапевтического кабинета. Постепенно страдающий от неукротимых хватательных и потребительских импульсов человек научается выражать себя и поддерживать свое самоуважение более зрелыми и гибкими способами. Сила самих импульсов уменьшается, а человек в ходе успешной психотерапевтической работы научается понимать источник этих импульсов и контролировать их интенсивность. Кроме этого приходит глубокое и индивидуализированное понимание своих истинных человеческих потребностей и ценностей, для формирования которых раньше не было достаточных условий.

Отходя на два абзаца в сторону от темы статьи, хочется отметить, что на популяризацию клептомании и шопоголизма кроме психологических факторов действуют также культурные и социальные. Так доминирование в общественном сознании криминальных ценностей привело к тому, что «расклептоманили» всю страну. А доминирование материальных ценностей в целом ведет к эскалации потребления и, в конечном счете, к экологическому краху.

И это не только у нас. В Великобритании половина купленных в супермаркетах продуктов не распаковывается и выбрасывается. В США ожирение - государственная проблема. И противостоять «цивилизационным» процессам, дурным заразительным примерам отдельному человеку, конечно же, крайне сложно. Но можно. И нужно. Эта тема была одной из центральных в творчестве выдающегося философа и психолога ХХ века Эриха Фромма, в частности введшего термин «общество потребления». Этой темы мы со временем обязательно коснемся отдельно.

 

Александр Романов, психолог, психотерапевт

31 марта 2017

На сайт выложена статья "Боль от психологической помощи".

21 марта 2017

Переработана и расширена статья "Будущим психологам и психотерапевтам".

26 февраля 2017

Обновлена главная страница сайта http://psychoanalyse.od.ua, в ней появились мысли о вреде психологической помощи.

Одесса.
Романов Александр,
Моб. 067 5589983
Написать письмо.